ЧТО ЧИТАТЬ В ПЕЧАТНЫХ СМИ

Воспитательница из Екатеринбурга Евгения Чудновец чтобы привлечь внимание общественности к издевательствам над ребенком сделала репост видеозаписи, которая была признана судом «детской порнографией». В ноябре 2016 года Евгению Чудновец осудили на пять месяцев лишения свободы. Дело получило общественный резонанс.

«Московский комсомолец» сообщает, что от первого допроса Чудновец до вынесения обвинительного заключения прошло 18 дней — срок рекордно маленький. В документе следователь Павел Шадринский написал: «У Чудновец Е.А. возник преступный умысел, направленный на публичную демонстрацию материалов с порнографическим изображением лица, не достигшего четырнадцатилетия». Прокурор потребовал для Евгении 5 лет лишения свободы. А судья Владимир Борычев росчерком пера отправил девушку на зону на полгода. А трехлетнего сына Евгении судья постановил передать в органы опеки «для решения его дальнейшей судьбы в порядке гражданского судопроизводства».  За девушку вступились и уполномоченный по правам ребенка, и депутаты Госдумы, и непарламентские партии («Евгения Чудновец: 5 месяцев без сына»).

«Коммерсант» пишет о том, что история Евгении Чудновец, которая работала воспитателем в детском саду, вызвала большой общественный резонанс. Петиция на сайте change.org с просьбой о ее оправдании собрала более 127 тыс. подписей. «Колония подготовила все материалы по помилованию,— рассказала на круглом столе в Общественной Палате РФ уполномоченный по правам человека в Свердловской области Татьяна Мерзлякова.— Я проконсультировалась с нашим губернатором, поскольку он подписывает эти дела и направляет в администрацию президента, и он сказал, что помиловал бы ее, так как это не преступление». Она также отметила, что «в администрации президента РФ ждут эти материалы и в оперативном порядке готовы их рассмотреть». Прошение о помиловании от Евгении Чудновец на имя президента РФ планируется направить 13 февраля. 7 февраля прокуратура Курганской области направила в суд кассацию, попросив назначить новое рассмотрение дела Чудновец и назвав «неполной и необъективной» оценку дела апелляционной инстанцией («Я так и не понял, в чем была необходимость ее изоляции от общества»).