ЧТО ЧИТАТЬ В ПЕЧАТНЫХ СМИ

Депутат от партии «Единая Россия» Михаил Старшинов предложил изымать средства у некоммерческих организаций (НКО), которые не хотят регистрироваться в качестве «иностранных агентов». Такое предложение прозвучало сразу после заявления Владимира Путина о том, что НКО получили из-за рубежа 1 млрд. долларов. Правозащитники не верят цифрам. А политологи уверены, что власти РФ боятся «мягкой силы западной демократии».

«НКО должны пойти и зарегистрироваться, но они этого почему-то не делают», — объяснил депутат газете «Коммерсантъ» свою инициативу, отметив, что деньги будут изыматься у НКО-нарушителей «в полном объеме». «Многие говорят: да это же грабеж, денег-то не останется. Ну так не надо нарушать закон, — сказал единоросс. — Это сдерживающая профилактическая мера». Изъятые средства, по замыслу Старшинова, должны направляться в некий «фонд, откуда они будут перераспределяться представителями добросовестных НКО на наиболее приоритетные направления их деятельности». «Например, на работу с детьми, инвалидами — туда, куда они посчитают нужным», — пояснил депутат («Российские НКО подводят под конфискацию иностранных денег»).

Газета «Московский комсомолец» сообщает, что правозащитники не верят цифрам, озвученным президентом. «Первая реакция: огласите весь список, пожалуйста, — заявляет изданию источник, пожелавший остаться неизвестным. — Цифры просто поражают воображение. Если предположить, что в следующие восемь месяцев этого года финансирование из-за рубежа будет оставаться на том же уровне, что заявил Путин, то это значит, что у каждой из 654 (эта цифра более-менее соответствует действительности) организаций бюджет составляет по 4 миллиона долларов в год. В действительности, вряд ли наберется в стране больше 20 правозащитных организаций — активных, мощных, с большим штатом, представленных в регионах, привлекающих экспертов и занимающихся издательской деятельностью, — чьи бюджеты колеблются в районе полумиллиона долларов в год. То есть на порядок меньше. У большинства же, как у меня, например, все значительно скромнее» («Откуда взялся путинский миллиард долларов»).

«Независимая газета» пишет, что, по мнению замдиректора Центра политических технологий Бориса Макаренко, на самом деле российские власти боятся «мягкой силы западной демократии»: «Потому что эта мягкая сила не стоит ничего, а влияние ее на российское общество в последнее время резко повысилось. Общество изменилось, по крайней мере часть его обозначила запрос на большую открытость, на демократию, на честные выборы, на правовое государство. Привлекательность этих западных идеалов для общества резко возросла. Не знаю, рационально ли это понимают Путин и его команда – но инстинктивно они чувствуют, что влияние такого рода ценностей усиливается. Правда, ответ власти на эти запросы дается глубоко неверный – что, мол, все дело в том, что кто-то злонамеренно из-за рубежа вмешивается в нашу политическую жизнь» («НКО, которые страшнее Майдана»).