ЧТО ЧИТАТЬ В ПЕЧАТНЫХ СМИ

Функция помощника губернатора в политических делах существовала с начала 1990-х годов, называлась она по-разному: ведать политикой мог заместитель губернатора, руководитель его администрации или аппарата, советник, руководитель департамента по территориальному развитию или местному самоуправлению, напоминает «Коммерсантъ Власть». «Даже министр культуры мог заниматься вопросами внутренней политики, это зависело от того, кому глава региона доверил такую должность», – вспоминает архангельский политолог и политтехнолог Андрей Чураков. «В конце 1990-х – начале нулевых чиновники администраций занимались организационными вопросами в межвыборный период, на кампании приглашали политтехнологов, а чиновники могли оказывать им административное содействие. Роль административного ресурса с годами росла, многие вице-губернаторы или руководители аппарата чему-то научились у приезжих команд и решили, что вполне могут проводить выборы сами. Зачем делиться деньгами с чужаками?» – говорит Малахов. Вице-президент Российской ассоциации политтехнологов и консультантов Петр Быстров называет одной из основных задач вице-губернатора по политике «сохранение в должности самого губернатора», а для этого нужно «сохранение внутриполитической стабильности». «Поэтому одним из главных критериев назначения на эту должность было личное доверие самого губернатора», – уверен Быстров. Политолог Андрей Чураков называет еще одно направление работы зама главы региона по политике – распределение «социальных бюджетов» крупных региональных компаний. Опаснее всего для вице-губернатора проведение избирательных кампаний от муниципального до федерального уровней. Более того в последние годы к должности политического вице-губернатора с пристальным вниманием стали относиться силовики («Сделай, зам»).

Хоррор на пустынной улице, джипинг среди деревянных развалин, праздник в обустроенной зэками церкви... Умирающая деревня русского Севера – одно из самых острых ощущений, которое может случиться с человеком, и местные энтузиасты заманивают туда туристов как умеют. В середине апреля дачников еще нет, теплится всего пара окон. Зато признаки недавней жизни – вот они, на каждом шагу. На одном дереве прибит череп коровы. На другом – висельник в синем шарфике головку набок свесил. Едем дальше – еще пара фигур без голов, затем – некто в белом балахоне, потом скелет с косой, в кустах – огромный кованый крест. Сгущаются сумерки. Журналистов «Коммерсантъ Деньги» встречают устроители живого квеста в Деревне страха. Включается фонарь, освещающий фигуру плачущей женщины. В какой-то момент тишину разрывает звонок – в пустой деревне звонит телефон-автомат. В трубке – душераздирающий (естественно) хохот. Скрипит калитка, появляется высокая фигура в длинном балахоне и с лицом, спрятанным под капюшоном. В руке держит серп. В общем, пугают нас устроители квеста на совесть: четыре человека – мутант с бензопилой, мужик в противогазе и с тесаком, юродивый в капюшоне и снорк – полтора часа растаскивают нас по избам, суют в лицо раскаленные электроды, размахивают пилой и заставляют искать мертвых младенцев. «Жуть, да? – спрашивает на следующий день автор идеи Деревни страха Сергей Шварев (косорукий юродивый, оказавшийся симпатичным 30-летним парнем с небольшой бородкой). – Как вам Союзник? (Это который в противогазе). Вообще не колется, да? До конца в образе – самому страшно. Это потому, что он профессиональный актер. Другие участники шоу – профессиональный же офицер МЧС, пиротехник и сам Сергей. Работает мой собеседник в Вологде сварщиком, иногда – кузнецом, а в Южном Маурино, своем родовом гнезде, в последние четыре года пытается делать такой вот туристический проект («Ни жилые ни мертвые»).

471 предмет из главного собрания Эрмитажа отобрали для продажи за границу 14 февраля 1928 года. Среди отобранного были 46 золотых табакерок с камнями, 14 шпалер, 37 картин, 133 гравюры. К сожалению, первый опыт распродажи коллекций имел продолжение, отмечает «Коммерсантъ Деньги». В течение нескольких последующих лет из Эрмитажа и других государственных музеев были проданы тысячи экспонатов. По официальным данным, в самом «урожайном», 1930 году СССР продал за границу 577 тыс. картин и других произведений искусства. Еще в 1917 году, когда первые погромщики только собирались в помещичьи усадьбы, русские газеты сообщили, что в Америке создано общество, которое ассигновало $20 млн для скупки русских драгоценностей и произведений искусства. Большевики, конечно же, пытались наладить торговлю национализированными богатствами, однако не преуспели в этом. Официальная продажа экспроприированных предметов грозила судебными исками, поэтому торговали по мелочи, пользуясь посредничеством приезжавших в Россию представителей Коминтерна. Наркомату внешней торговли оставалось только жаловаться на жизнь. Первые опыты аукционной продажи произведений искусства, взятых из музея, относятся к 1924 году, когда с молотка пошли «предметы немузейного значения». Декларировалось, что на аукционы будут отправляться только дубликаты и вещи, не представляющие особой художественной ценности («Распродажа Эрмитажа»).

По данным Роспотребнадзора, сегодня россияне чаще жалуются на услуги, чем на товары. Самые больные темы – ЖКХ и медицина. Только за прошлый год количество обращений по жилищно-коммунальным услугам, например, в Московское отделение ведомства увеличилось на 70 процентов по сравнению с 2015-м. На образование – тоже жалуемся. Число претензий, связанных с образовательными услугами, по стране за 6 лет выросло в два раза. А с медицинскими – в три. Причем, как правило, это касается платных услуг – в некоторых клиниках начинают лечить даже от тех болезней, которых у пациента нет. Что еще в топе жалоб? Финансовые услуги, услуги связи... Люди пытаются вернуть деньги за навязанные страховки при оформлении банковского вклада, разобраться с гигантскими счетами за телефон. Новая обширная категория жалобщиков – заемщики, те, кто неосторожно оформил микрокредит под гигантские проценты. Число претензий к интернет-торговле за последние 5 лет выросло в 2,5 раза. Типичная история: заказал ноутбук в интернете, оплатил, но так и не получил, а телефоны на сайте не отвечают и владельцев не найти. Наконец, парадоксальный поворот темы: многие наживаются на поисках справедливости обиженными людьми, указывает «Огонек» («Покупатель как бы прав»).

О защите свидетелей задумывались со времен СССР, напоминает «Мир новостей». Такая потребность возникла в годы, когда в Ростове-на-Дону появилась банда братьев Толстопятовых. Почти пять лет - с октября 1968-го по июнь 1973 года – «фантомасы», как их называли за напяленные на головы женские чулки, держали город в напряжении. Бандиты, на счету которых было 14 вооруженных нападений, были обезврежены во время нападения на инкассаторов. Пока шло расследование, свидетелей поселили на конспиративной квартире. Специальный человек покупал им продукты. К обычной жизни они вернулись только после суда над преступниками. Всех бандитов расстреляли. Однако профессионалы хорошо знают, что физическое и психологическое давление на свидетелей десятилетиями было ахиллесовой пятой отечественного правосудия. Известный юрист Михаил Барщевский считает эту проблему второй по значению после обеспечения независимости судей. В постсоветской России, несмотря на то что криминальная ситуация брала за горло, закон о защите свидетелей «рожали» целых десять лет. Первый вариант подготовили еще в 1994 году. Борис Ельцин, сославшись на экономическое положение в стране, отклонил его. По той же причине под сукно легли еще восемь проектов. Тем временем следователи и прокуроры наблюдали в судах одну и ту же картину («Охота на свидетеля»).

До сих пор не многие знают, что писательницей Зоя Воскресенская была лишь вторую половину жизни, а первую – одной из самых успешных советских разведчиц. Как так получилось, «Аргументам и фактам» рассказал Игорь Атаманенко, подполковник контрразведки КГБ СССР, писатель, историк спецслужб. Когда Зое было 13 лет, ее отец умер от туберкулёза. Вдова практически сразу после этого слегла с тяжёлой болезнью, и девочке в одиночку пришлось содержать и мать, и двух младших братьев. В 14 лет Зоя – библиотекарь войск ВЧК, в 17 – политрук в колонии малолетних преступников, в 19 – делопроизводитель в штабе частей особого назначения. Затем трудилась на заводе. А в 20 лет вышла замуж за комсомольского активиста В. Казутина, родила сына. Но отношения не заладились, через 8 лет она развелась с мужем и одна стала воспитывать сына. В 22 года Зоя становится штатной сотрудницей Иностранного отдела ОГПУ. Через месяц занятий на разведкурсах она говорила по-немецки не хуже коренной жительницы Берлина. Первая загранкомандировка была в Харбин. Никому из ее сослуживцев в советском синдикате «Союзнефть» и в голову не могло прийти, чем на самом деле занимается красавица-делопроизводитель Зоенька («Агент Воскресенская»).

Футбол часто называют самым консервативным видом спорта, что для многих болельщиков является предметом особой гордости. Но теперь для него наступают, похоже, времена больших перемен, замечает «Профиль». Отмена товарищеских матчей с 2018 года, разработка нового межконтинентального кубка для сборных, очередной виток развития мировой клубной суперлиги, новое соглашение топ-клубов, меняющее баланс сил в европейском футболе,  – все эти новости появились только с начала апреля. И могут повлечь перестройку всей футбольной системы с переходом реальной власти от международных федераций ФИФА и УЕФА к коммерческим структурам. За этим же наверняка последует обновление самой игры, правила которой считаются старомодными, но пока тщательно охраняются федерациями. По мнению экспертов, развитие глобальной индустрии развлечений не оставляет футболу выбора – ему придется видоизмениться в ближайшие 10–15 лет, чтобы не проиграть конкуренцию за досуг и кошельки публики. Тем более пример подают и другие виды спорта («Гол оправдывает средства»).